Художница Лиз и врач Малькольм отправляются отметить годовщину отношений в домике в лесу (у нас бы сказали – на даче). Дом шикарный, Малькольм – галантен и внимателен, в соседнем домике живет его брат со своей девушкой. Что может пойти не так? Да всё!
Картин Осгуда Перкинса в нашем прокате внезапно стало так много – «Собиратель душ», «Обезьяна», а теперь и «Крипер», и всё это за полтора года – что он может показаться ремесленником-многостаночником. Это не совсем так – просто во время вынужденного перерыва между «Собирателем душ» (который стал большим хитом) и «Обезьяной» (которая не стала большим хитом),
случилась Великая Забастовка Сценаристов в Голливуде (опустим подробности), так что Перкинс застрял в Канаде со съемочной командой, но без сценария и без работы. Голь на выдумки хитра – Перкинс находит в Канаде сценариста, не имеющего отношения к забастовке – Ника Лепарда. На его счету кроме «Крипера» всего один свежий
ужастик, и тоже отличный — «Хищные твари» — так что к его будущему портфолио стоит присмотреться, а пока он буквально на коленке пишет минималистичный сценарий на одну локацию (домик в глуши) с минимумом актеров, в котором Перкинс, по условиям забастовки, не может поменять ни одной запятой (странное место –
Голливуд). Параллельно Перкинс ищет пару лидирующих актеров, и находит прекрасную Татьяну Маслани (фамилия которой выдает славянские корни) и бородатого медведеподобного Россифа Сазерленда, входящего в знаменитый киноклан (сын Дональда Сазерленда и брат Кифера Сазерленда).
Такое необычное появление фильма буквально «на полях» между
двумя другими запланированными фильмами могло оказаться как феерическим хитом, в импровизационном стиле Годара, так и поспешной пустышкой, сделанной на авось. «Крипер» (очаровательный неологизм наших локализаторов, добавивших букву «Р» в оригинальный «Кипер» — «хранитель») оказывается не первым и не вторым
– а типичным «странным» фильмом режиссера, наследника двух семейных трагедий (отец – «Норман Бейтс» Энтони Перкинс — умер от СПИДа и нерассказанных тайн, а мать – актриса Берри Беренсон – была пассажиркой одного из самолетов, врезавшихся в Башни-Близнецы), чей психоанализ точно может стать основой целой кучи ужастиков.
Странная девушка-художница Лиз (которая боится собственной тени), и ее идеальный бойфренд Малькольм (надежный, бородатый, обеспеченный) оказываются одни в глуши, где страхи Лиз начинают раскручиваться – генерализированное тревожное расстройство потихоньку начинает обретать конкретные формы. Странный торт от отсутствующей домработницы, странный сосед – брат Малькольма –
и его славянская девушка-эскортница, а главное – сам дом: угловатый, лабиринтоподобный, словно с картин Эшера, полный скрипов и шорохов. Ее защита и опора – Малькольм, за которым она как за каменной стеной, внезапно уезжает к пациентке (долг врача зовет), и теперь Лиз предстоит бояться и его отсутствия… и его возвращения.
Сценарий и правда сырой – в нем очень много пропущенных логических элементов, необъяснимых событий и аномальностей, но этим он и интересен – это не выверенный голливудский концепт – это суровые канадские леса, это иррациональные кошмары, это то самое чувство, которое лучше всего описала героиня «Ведьмы из Блэр» — «Я боюсь открывать глаза… и боюсь закрывать их».
Перкинс не делает особенного секрета из того, кого стоит бояться Лиз, вопрос в том – в каком же жанре бы находимся – маньячный триллер, твинпиксоподобная фантасмагория или боди-хоррор в духе канадца Кроненберга. Догадаться крайне сложно – и тем интереснее развязка.
Что ж, успех «Собирателя душ» повторить вновь не удалось, но это не отменяет того, что следующий фильм Осгуда Перкинса я буду ждать с ещё бОльшим нетерпением.






(4,00 из 5)
Добавить комментарий