Покупайте книгу «Русский Хоррор» на ЛитРес!

 
 

ЕЩЕ КЛУБ-КРИК

LiveJournal ВКонтакте
 
 
 
 
Возрастные ограничения на фильмы указаны на сайте kinopoisk.ru, ссылка на который ведет со страниц фильмов.

Мнение авторов отзывов на сайте может не совпадать с мнением администрации сайта.
 

Реклама на сайте

По вопросам размещения рекламы на сайте свяжитесь с администрацией.
 
 
 
 

Мозаика национального хоррора — отзыв на хоррор-антологию «Из России с ужасами. Маленькая книга кошмаров» (2020 г.)

 
Издательство "Хоррорскоп-Пресс, ответственное за книгу

Издательство «Хоррорскоп-Пресс, ответственное за книгу

Предисловие к отзыву на сборник. Написано еще до прочтения рассказов, и является определенными личными ожиданиями. Вероятность того, что в общем получилось скорее хорошо, чем плохо, высокая. По той простой причине, что с творчеством примерно половины авторов я уже знаком, и, собственно, их имена стимулировали взять в электронные руки эту книгу. Хотя, малая проза — далеко не простой вид художественного сочинения. Ведь когда пишешь повесть или роман, то времени на раскачку достаточно. И даже если в итоге, по мнению большинства, крупное произведение не удалось, в нем всё равно можно найти немало ярких успешных элементов. А вот коротыш – пан или пропал. Либо пара-тройка страниц и классная концовка произвели сильное впечатление, либо «вообще ни о чем!», «для кого/чего это написано?» и т.д. и т.п. Конечно и здесь не всё так однозначно, но, по большому счету, у маленького рассказа категоричная оценка – понравился/не понравился. И я, тем не менее, решил, по прочтении каждой миниатюры, не выносить безапелляционный субъективный вердикт, а излагать буквальные впечатления, с пылу с жару. Посему сей текст – не глубокая рецензия, а краткий выплеск мыслей и эмоций, по горячим следам.

Денис Назаров «Одно целое»

Поэтичный жутик апокалиптичной направленности. По крайней мере так воспринимается. Может в нем конца света и не случилось, но даже одно словосочетание в контексте всего рассказа — «разрушенная улица», настраивает на такой лад. Тем более, что предположительно апокалипсисную картину дополняет такой штрих, как вездесущий холод, а-ля «ядерная зима». Ну а последнее доказательство «чего-то страшного», уже не грядущего, а царствующего, это сами герои, которые всё еще живы благодаря сильному чувству, затмевающему их облик и ощущение безысходности.

Анатолий Уманский «Догоняй!

Жесткая жуть, как по смыслу, так и по исполнению. Субъективно напомнила литературный колосс «Оно» Кинга, но когда то, что у обстоятельного Короля Ужасов раскрыто в двух томах, здесь изложено на нескольких страницах. Ничуть этими словами не принижаю эпос о злоключениях Пеннивайза и его жертв, просто подчеркиваю чертовски удачный сознательный или подсознательный оммаж. Здешний демон аналогично коварен и беспощаден, и с наслаждением убивает тех, кто еще только начинает жить. И в противовес заморскому коллеге, зло у Уманского куда менее уязвимо и непостижимо. А потому ужаснее, по крайней мере на коротком хронометраже.

Максим Кабир «Через океан»

Откровенно-вопиющая лавкрафтовщина! Не будь Кабир известным писателем, можно было подумать, что передо мной озорной и смачный фанфик, а у его автора, если только не забросит это дело, явно есть литературное будущее. Понимая же, кто ответственен за сей эпистолярный рассказ (да, он всецело из писем, причем только одного адресата), искренне умиляешься изящным баловством со вкусом «клюквы», причем в данном случае ничуть не оскорбительной для российских граждан, ибо вся она идет из уст малолетнего американца. Если же каким-то чудом так получилось, что вы – поклонник литературных ужасов, но ничего не поняли из рассказа Кабира, то обязательно купите любой сборник Говарда Филлипа Лавкрафта, а после него перечитайте «Через океан» заново.

Вадим Громов «Год спустя»

Динамичный кошмар, в котором недолгая саспенс-прелюдия переходит в ожесточенную схватку, яростную, до последнего вздоха. Громов – известный боди-хоррорщик, специализирующийся на визуализации чудовищных трансформаций и страшных ранений. Не исключение и данный рассказ о последнем бое матери за жизнь собственного ребенка, где дачный дом атакуют мертвецы. Здесь нет глобальной предыстории, преамбула раскрыта в нескольких предложениях, но этого вполне достаточно, чтобы проникнуться трагедией героини и в напряжении дожидаться исхода сражения. И последняя строка рассказа искренне берет за живое.

Евгений Абрамович «Одинокая смерть»

«Клюква» уже была в сборнике чуть выше, теперь «клубничка». Буду честен; когда третье слово в рассказе звучит как «порно» — это цепляет. Думаешь, что всё, произведение уже удалось, осталось только насладиться обещанной пикантностью. Но по факту автор обходится без жарких описаний «того самого» и вещает грустную, пусть и поданную в саркастичном ключе, историю о дрочезависимости, которая, по аналогию с наркоманией, ничем хорошим не заканчивается. Хотя, трагичный финал – тоже понятие относительное, ведь герои возможно как раз к этому и шли всю свою жизнь. И то, что для «нормального» — кошмар, для «ненормального» — наивысшее удовольствие.

Иван Миронов «Забить козла»

Вот и чистокровно-социальный хоррор, где вроде как присутствующая мистика сугубо условна и фактически объясняется «тараканами» главного героя. А что главное, так это кара мошенникам, обманывающим слабых и одиноких. Хотя, естественно, в идеальном реальном мире всё должно быть сугубо по закону, но где кто вообще видел в повседневной жизни этот самый «идеальный мир»? Поэтому здесь мы сталкиваемся с суровым, но понятным возмездием, ибо наши злыдни на самом деле доводят своих жертв до смерти, хотя сами себе в этом никогда не признаются. Поэтому, пусть спорно с морально-этической точки зрения, но де-факто понятно, и поддерживаемо на подсознательном уровне.

Дмитрий Костюкевич «Сцены»

Этакий арт-хаусный литературный хоррор, под стать арт-хаусному ужастику, который смотрят герои в кинотеатре. «Сцены» — стопроцентно киноманский рассказ, как раз для прожжённых фанатов синема, которым кажется, что они видели абсолютно всё и ничему не могут удивиться. И у них есть вожделенная мечта о фильме, который перевернет их сознание и взорвет мозг, насколько это возможно. Нечто подобное и происходит в «Сценах», где можно искренне порадоваться, что такое бывает только в книжках и кинишках, а в суровой реальности точно невозможно. Хотя, как знать; может до сих пор вы просто смотрели не те фильмы?

Андрей Анисов «Матрешка»

Весёлый ужастик, напомнивший «Поле боя» Стивена Кинга, но фактически лишь в одном эпизоде. В целом же это скорее аллюзия на наркотрип, о чем, собственно, и думает главный герой, которого накрыло не по-детски во всех смыслах. Можно сказать, что это рассказ о загадочной русской душе, которую никогда не понять иностранцу, и ему остается лишь принять российский расколбас как должное.

Александр Подольский «Тесто»

Хоррор-версия народной сказки «Колобок». Но это, так сказать, в первом приближении. А по совокупности – дикая фантазия о некоем русском Лихо, от которого не спрятаться, не скрыться. В «Тесте» не добрый молодец, а старик сражается с отечественным Пугалом, демонической сущностью, убивающей всё живое. Подольский масштабно описывает злодеяния гигантского Колобка (назовем его так, для персонифицированного восприятия), доводя действия до апокалиптического размаха, пусть трындец показан лишь на примере одних деревенских окрестностей. И на выходе получается брутальная красота, которую хочется даже тут же перечитать, дабы посмаковать отдельные детали.

Виктор Глебов «Гекатомба»

Так уж устроен человеческий мозг, что вечно что-то с чем-то сравнивает. Вот и в достаточно самобытном рассказе Глебова невольно прослеживается параллель с «Нечто» Джона Карпентера. Причем именно с фильмом, а не с его литературным первоисточником («Кто идет?» Джона Кэмпбелла), из-за облика главного злыдня в «Гетакомбе». Впрочем, тут у нас не полярная экспедиция, а туристическая экскурсия, которой фартит не больше, чем героям вышеупомянутого кинохоррора. Но здесь нужный эффект достигается не столько за счет саспенса, сколько посредством ударных сюжетных поворотов, констатирующих избитую истину, что не стоит доверять как незнакомым людям, так и малознакомым Тварям.

Антон Филипович «Фермер»

Постапокалиптическая зарисовка с возможно последним человеком на планете Земля. Сложно сказать, насколько давно случился армагеддец, но так или иначе человечество в лице единственного выжившего было к нему готово. Как минимум, у героя смутного времени есть генератор, экоскелет и даже подсобное хозяйство. Так что – живи не хочу. А жить видимо хочется всегда, даже если в мире никого не осталось…

Николай Романов «Муки совести»

Сексуальный нежданчик, в плане ключевого сюжетного поворота. Гротескный ужастик, в котором мужик стабильно изменяет жене и не парится. И вот однажды после «гулянки» он возвращается домой, а там… Фактически здесь один из любимых типов рассказа Стивена Кинга, как он сам говорит, где ничего не нужно объяснять, а нужно просто наслаждаться происходящим. Тем более, что до поры до времени «Муки совести» действуют возбуждающе, пока не начинается настоящий хоррор.

Адам Шерман «Сказка, нерассказанная на ночь»

Эта мистическая история действительно своего рода сказка для взрослых, хотя ее герои – дети. Что бы ты отдал за свое сокровенное желание? Или кого? Вряд ли на это можно ответить, пока не столкнешься с реальным выбором; жить монстром или умереть человеком…

Стефан Димитриевич «Опанки»

Деревенская жуть о домашнем насилии. Физиологический хоррор, где причиняют много боли, зверски и безнаказанно. Пожалуй, всё. Хотя, нет, еще один нюанс. В данном случае «опанки» — это не возглас удивления, как кто-то может подумать (пишется как «опаньки»), а обувка, которая есть условная причина творящегося кошмара.

Алексей Жарков «Больной»

Этот рассказ как нельзя лучше характеризуют краткие сведения о творчестве его авторе, размещенные в книге перед «Больным». Это действительно злая, отвратительная, страшная и непонятная байка. Но это не критика, а восхваление миниатюры, в которой смешались противоестественный каннибализм и естественное для нас (но не для героев) пожирание животных. Здесь извечный вопрос; если болезнь – это отклонение от нормы, то кто и на каком основании решил, что провозглашенная «норма» — это истина в последней инстанции? Вот те же кролики точно так не думают.

Андрей Миллер «Учи испанский, сука!»

Чернушная веселуха о том, что не нужно бросать незаконченные дела. В данном случае герой рассказа несерьезно отнесся к изучению иностранного языка, но зато иностранный язык очень серьезно отнесся к нему. Жизнь офисного работника превращается в сущий кошмар, в целом напоминающий один рассказ Дафны Дю Морье и его знаменитую хичкоковскую экранизацию. Впрочем, здесь не одно человеческое существо серьезно не пострадало, зато открыло в себе писательский талант.

Владимир Чубуков «Гагарин с нами»

Очаровательный взрыв мозга, который накрыл самого писателя, первого космонавта и даже ученого с фамилией, которую, от греха подальше, не стоит произносить, дабы упомянутые в рассказе спецслужбы не подумали чего-то плохого. В целом же это такой страшно-прикольный сон рожденного в СССР и живущего сейчас в другой стране. И, несмотря на всё вышесказанное, не надо бояться читать рассказ, не вы же его написали, и вселенской тьме вы скорее всего не интересны…пока…

Андрей Кузечкин «Кукольный театр господина А.»

Шоковый жутик из разряда «запретных» для чувствительных читателей, так как здесь трогают детей. Впрочем, суть рассказа не столько в буквальном насилии, которое подразумевается, но не описывается, сколько в раскрытии жуткой тайны – ради чего всё то, что происходит на страницах? Персональный гарем из девочек – лишь цветочки, по сравнению с ядовитыми ягодками, которые появятся в финале.

Кирилл Малеев «Фекалоид»

…как бы сказать… В принципе, название рассказа намекает на что-то подобное, но всё равно, подготовиться к тому, что в итоге прочитешь, пожалуй, невозможно. Наверное, это самое оригинальное произведение сей антологии и, возможно, даже беспрецедентное сочинение во всей мировой литературе, но только не в комплиментарном понимании. «Фекалоид» — бессовестный чернушный прикол, ужасный как по форме, так и по содержанию, и целенаправленно провокационный, особенно в нашей стране. Но если мы говорим о «хорроре без границ», как в территориальном, так и в тематическом, и в стилистическом смыслах, то «Фекалоид» — ярчайший представитель этого направления.

Андрей Сенников «До последней крошки»

Изящный поток бессознания мертвеца, из которого интуитивно выстраиваешь некую сюжетную линию, но в целом просто наслаждаешься вкусным изложением мешанины ужасных событий. Если ранее в сборнике, у Подольского была извращенная вариация сказки про колобка, то здесь дикий парафраз «Гензеля и Гретель», с прикольным упоминанием одного крышесносного фильма от возмутительного датчанина. Одним словом, не пытайтесь досконально понять происходящие, просто окунитесь в сумасшедший омут и получайте удовольствие.

Максим Деккер «Время убивать»

Натуралистичное месилово с простой идеей вселения духа маньяка в тело очередного «носителя». Но здесь фактически важно не содержание, а визуализация, в которой Деккер отрывается на полную катушку. Уровень мерзости не достигает высот ранее рассмотренного «Фекалоида», но способен конкретно впечатлить своей тошнотворной концентрацией. Как говорится, читать на свой страх и риск, и не за едой.

Андрей Гайос «Горький привкус сладкой мести»

Как говорит главный герой рассказа – «это не пыточное порно», но на самом деле это именно оно, родимое. Один мужик истязает другого мужика, во имя того, о чем сказано в названии. Но потом происходит некий поворот, и… Но как бы там ни было, это чтиво именно для любителей пыточного порно, и определенное сюжетное откровение никак сего факта не меняет.

Иван Калягин «Смертник в стране без смертной казни»

Криминальный хоррор, достаточно прямолинейный, чтобы поданный сюжет можно было истолковать как-то иначе. Есть мрази на грешной земле, которые творят ужасные вещи и не тушуются. Причем на фоне этой мерзоты, другие сволочи не кажутся настолько плохими. Шоковое повествование, с ужасающе-честной концовкой. Один всенародно любимый российский режиссер уже не раз фильмы об этом снимал.

Михаил Павлов «Танец странненьких утят»

Написано складно, с занятной детской речью маленьких героев, которые как будто просто играют в песочнице. Но на самом деле происходящее куда ужаснее, хотя…, смотря чьими глазами за этим наблюдать. Рассказ можно воспринимать по-разному. И как безумную фантазию некого взрослого, смотрящего на забавы обычных ребятишек. И как «бал чудовищ», увидеть который в истинном обличии могут лишь избранные. Пожалуй, «Танец…» — наглядный образец «Weird fiction», где самое страшное – не понимание того, ЧТО происходит, а созерцание того, КАК это происходит. Ну а иллюзия всё это или реальность – каждый решит для себя сам.

Послесловие. Да, в общем и в целом, книга понравилась. И, пожалуй, главное, что отдельные рассказы сумели искренне удивить. Много же разговоров ведется о том, что всё уже написано, все возможные сюжеты использованы, и любое новое – это повторение хорошо или плохо забытого старого. А вот прочтешь сборник «Из России…» и думаешь – ан нет, творческая фантазия реально безгранична, и однозначно заявлять о кризисе идей еще ой как рано. А еще в очередной раз пришла мысль, что цензура никогда не идет на пользу искусству. В конечном итоге целевая аудитория решает, что ей искренне по нраву, а что нет, а не некие искусственно установленные «грани допустимого».

Редактор Олег Хасанов, ответственный за книгу

Редактор Олег Хасанов, ответственный за книгу

Страница книги «Из России с ужасами. Маленькая книга кошмаров» в КЛУБ-КРИКе

ХрипШепотВозгласВскрикВопль (голосовало: 1, среднее: 5,00 из 5)
Loading ... Loading ...

Добавить комментарий

  

  

− 1 = 1