(4,00 из 5)
«Мина начинает тикать» — игривое кино, как по содержанию, так и по воздействию на аудиторию. И по духу близко оно, как не странно, не к выживальческим жутикам, типа «Замёрзших», «Вышки» или «127 часов», хотя синопсис располагает именно к этому, а скорее к «Забавным играм» Михаэля Ханеке, и даже к великому «Девичьему источнику» Ингмара Бергмана. Но чтобы это понять, нужно досмотреть картину до конца. А это будет непросто для многих зрителей.
Причем российский смотрящий вообще может выключить фильм буквально в первые пять минут, ибо главные герои, еще ничего не успев сделать, сразу пускаются в антироссийскую болтологию. Лента снята в 2015-м году, и американские туристы в ней, приехавшие в Грузию, несомненно вспоминают август 2008-го, когда между местными и русскими войсками произошло пятидневное боевое столкновение. Правда происходило оно на территории Северной Осетии, но здесь можно сделать скидку на то, что янки (конкретно вот эти, киношные) в принципе не понимают, где заканчивается Грузия и начинается РФ, включая ее непризнанные мировой общественностью территории. Особенно, когда грузины говорят, что это ИХ территория. И по версии «вот этих вот» американцев, российские войска не просто были недалеко от Тбилиси, но и оставили здесь кучу мин. Посему бедным местным и незадачливым приезжим нужно внимательно смотреть под ноги.
Да, подобный диалог удивляет (я вообще тот фильм включил?), но он быстро заканчивается, и к подобной антиРФщине картина больше не возвращается. Тем более, что дальше становится очевидно, что это сугубо художественный прием, важный для дальнейшего развития истории, которая вообще не связана с грузино-российским конфликтом. Поэтому зрителям нет смысла делать преждевременные безапелляционные выводы, ибо сюрпризы вообще еще только начинаются. Далее очень постараюсь без спойлеров, ограничусь лишь освещением событий в неполной первой трети картины, благо они и так раскрыты в официальных пиар-материалах.
Итак, лучшие штатовские друзья Дэниел и Крис, а также Алисия — невеста Дэниела, гуляют по грузинским лесам и горам в своё удовольствие. Внезапно Крис наступает на мину и теперь вынужден замереть солдатиком, чтобы не произошел взрыв. Пока горе-путешественники в шоке не могут понять – что же теперь делать, Крис, допуская, что это его последние минуты жизни, выкладывает Дэниелу горькую правду; у них с Алисией был секс.
Дальше логично предположить, что весь фильм Крис будет стоять на мине, Алисия будет умолять простить их, а Дэниел будет разрываться между желаниями «отомстить/спасти». Но не тут-то было. Все вышесказанное – это примерно 20 минут хронометража, который целиком составляет около ста минут. У «Мины…», надо отдать ей должное, образцово-показательная трехактная драматургическая структура, где синопсис – лишь половина первого акта. Как только Дэниела оповещают об измене невесты, он, чуть позлившись, делает нечто, что резко меняет зрительскую оценку всего происходящего на экране. Но помимо удивления, у многих наступит и разочарование, ибо «истина» кажется настолько искусственно-надуманной, что только и остается констатировать — «это же художественная условность, а не реальная жизнь». Но как бы там ни было, публика поставлена перед фактом, что логичные ожидания не оправдались, а значит градус интереса повысился.
Второй акт удивляет еще больше. Мало того, что главная опасность (угроза взрыва и, соответственно, гибель Криса) никуда не делась, но она еще больше усиливается следующим «вот это поворотом!», когда в действие вторгается новый внезапный герой. Зрительский мозг пытается связать ранее увиденное с тем, что происходит теперь, и у него ничего не получается. Мы как будто начинаем смотреть другой фильм, который столь же связан с предшествующими событиями, как «плохие русские» с рассказом в целом. Причем поставлена творящаяся на экране жесть в таком гротескно-бесячем ключе, что временами хочется воскликнуть — «На кой я всё это смотрю!» и прекратить издевательства прежде всего над самим собой. Но нажать на «stop» вновь станет опрометчивым поступком, ибо кажущаяся идиотичной фабула – на самом деле хитрая авторская задумка, наглядно раскрываемая лишь в третьем акте. Поэтому плюйтесь, но смотрите дальше, коль уж не выключили до сих пор.
Развязка обернется настоящим кошмаром для оставшихся на сцене героев и свяжет воедино основные сюжетные линии, хотя и оставив без ответа ряд возникающих вопросов. Здесь режиссер жертвует условным мелочами ради бронебойного авторского высказывания, которое сбивает с ног в последние минуты фильма. В нем нет чего-то эксклюзивно-революционного, но в контексте заданной темы такое финальное раскрытие действительно шокирует, как публику, так и тех, кто еще остался в живых по ту сторону экрана. Понятны чувства тех зрителей, которые воскликнут – «Да как я могу сказать, что фильм мне понравился, после ТАКОГО??? Слишком тяжело, слишком так, как не должно быть!». И здесь действительно важно, что кино способно вызвать бурную дискуссию у посмотревших в частной компании, друзей или родственников; что есть справедливость? Правильно по закону или по совести? Кого во всём этом кабздеце на самом деле жалко, а кого нет? И как бы неприятно было на всё это смотреть, именно подобное «неудобное» кино заставляет думать о происходящем вокруг, и в идеале предостерегать самого себя от ужасных поступков, которым не будет оправдания. Причем бояться надо не общественного суда, который как раз может не состояться, а кармы, эффекта бумеранга, когда совершенное зло обязательно вернется обратно.
Loading ...
Добавить комментарий