ДРУЗЬЯ КЛУБА

 

ЕЩЕ КЛУБ-КРИК

Facebook LiveJournal Twitter ВКонтакте
 

Новинки DVD

 
 
 
 
Возрастные ограничения на фильмы указаны на сайте kinopoisk.ru, ссылка на который ведет со страниц фильмов.

Мнение авторов отзывов на сайте может не совпадать с мнением администрации сайта.
 

Реклама на сайте

По вопросам размещения рекламы на сайте свяжитесь с администрацией.
 
 
 
 

Чертова дюжина 2018. Часть 3

 

Завершаем обзоры на рассказы финалистов литературного конкурса хорроров «Чертова люжина 2013». Вот ссылка на часть 1 и часть 2 обзоров. Рассказы можно почитать здесь.

Слайд11Потерявшиеся в Мохабине

Герой рассказа, приехавший в родной город навестить родителей вместо со своей семьей, решает пройти маршрутами своего детства. Его ведет аудиозапись, сделанная мальчиком и девочкой, которые что-то ищут… А что ищет герой, который идет то, что искали они?

«Потерявшиеся в Мохабине» — рассказ-ностальгия, причем ностальгия мне понятная и близкая – я тоже из маленького города, где сейчас живут мои родители-пенсионеры. По настроению рассказ также напоминает стивенкинговский «Крауч-Энд»: герой идет вроде бы по знакомому городу, но постепенно перемещается в потустороннее, сюрреалистичное пространство. Загадок в рассказе немало: если герой слышит собственную запись из детства, как эта запись была сделана, если он пропал маленьким, как у него может быть взрослая жизнь и семья, и так далее. Рассказ не отвечает ни на один из поставленных вопросов – он просто… ведет. И это хорошо.

В рассказе есть намек на «задания», полученные из интернета от неведомых «кураторов», которые угрожают страшными последствиями, если не выполнишь «квест». В этом смысле рассказ переходит в область современных страшилок про «группы смерти», «синих китов» и прочий «колумбайн». Что еще больше запутывает рассказ, ведь в детстве героя (80-е, 90-е) такого быть еще не могло. Тем символичнее становится непонятный момент, когда герой отправляет свой мобильный телефон в загадочный почтовый ящик с надписью «Интернет».

Местами в рассказе перегиб с пафосностью и красивостью: «Если свернуть не туда, пройти заклинанием скрытых дорог, можно прожить в Зазеркалье целую жизнь, скучную и водянистую, даже не поняв, что годами плёлся в жуткой пустоте вымысла». При этом возникает то самое ощущение, как у второстепенного героя рассказа, который «скучает по музыке с внятными словами». Что ж, рассказов со «внятными словами» в финале хватает, и на этом фоне «Потерявшиеся в Мохабине» смотрятся по-своему выигрышно. Хотя я по-прежнему предпочитаю «внятные слова» и внятный сюжет.

Слайд12Скворцы

Идет война в Афганистане. Молодой солдат Вадим расстроен письмом из дома – его девушка бросила его. В бою Вадим теряет сознание и оказывается среди врагов, но ему помогает странная женщина…

Рассказ о посттравматическом синдроме. В нем мало диалогов и много описаний внутреннего состояния героя – часто повторяющихся, так что к середине рассказа начинаешь уставать.  Интересная метафора – птицы, запертые в скворечнике – красной нитью проходит через весь рассказ – тут и непосредственно скворечники, которые Вадим мастерил в детстве с отцом, и прозвище от старшего товарища, называющего новобранцев «шпаками» (скворцами), и метафора цинкового гроба с «грузом 200», как закрытого скворечника, и кровавые «подарки» от духов – ящики с трупами бойцов, запертые на висячие замки-скворечники, и даже название места, где завершается рассказ: Степаново–Скворцово. Это, безусловно, красиво и заслуживает внимания, но тоже становится самоповтором, словно одну и ту же историю тебе рассказывают много раз.

У рассказа интересная структура, где эпизоды с лечением в госпитале перемежаются с воспоминаниями о детстве, о войне, с кошмарами и с текстами писем героя своей любимой. В финале становится интереснее, когда срабатывает финт с возрастом героя и пониманием, кому именно адресованы его письма. Но в целом рассказ кажется тем самым скворечником, откуда герой, а вместе с ним и читатель, не находит выхода, и вынужден биться об одну и ту же стену. Мрачно, тревожно, поучительно. Но хочется наружу.

Слайд13Среди теней

Студентка Люба нанимается в помощницы к женщине-экстрасенсу. Ее задача – ухаживать за тремя стариками, обитающими в огромной питерской квартире. Хозяйка уезжает, и Люба становится полновластной хозяйкой в импровизированном доме престарелых. Ей удается наладить контакт со своими подопечными, когда происходит нечто неожиданное.

Старость – это трудно. Она может казаться безобразной, отталкивающей, жалкой. Но за запахом мочи и лекарств можно разглядеть тени людей, полных жизни и страстей. Людей, которыми мы рано или поздно станем. Или не станем.

«Среди теней» — рассказ о старости, и ему удается погрузить читателя в атмосферу «нехорошей» питерской квартиры, очертить выпуклые характеры девушки Любы и стариков (особенно удался ругачий дедушка-шекспировед), и обрамить все это стылой атмосферой питерских дворов, дождя, темных коридоров и картин Магритта. Главное достижение рассказа – читатель сопереживает Любе и вместе с ней радуется, когда ей удается хоть не намного, но скрасить безрадостную жизнь стариков. И тем страшнее тартарары, куда все проваливается в конце. Впрочем, финал оказался скомканным. Слишком поспешно, речитативом в режиме «радио-объяснялка», на читателя вываливают предысторию бабушки тетки-экстрасенса, блокадную легенду и мотивы «продажи души дьяволу». Картонным и непрописанным остался «следователь», которому так доверяла Люба. Не совсем понятными остались принципы, по которым злодеи отбирают своих жертв, и зачем вообще понадобилось нанимать Любу, которая в любой момент могла раскрыть секрет, хотя под носом был сообщник-«следователь». Или же я чего-то не понял.

К сожалению, рассказ не вычитан, допуская забавные описки, выбивающие из медитативного повествования: «старик в майке и трусах седел на кровати», «позировала на фоне римского коллизия», «расщеплявшая букву «я» в надписи «Писхея»».

Также смазан кульминационный момент побега Ивана Терентьевича. Вот Люба и старик идут по коридору. И – внезапно – «Картина с головой-торсом рубанула Любу по затылку». Автор прекрасно понимает, что это не картина сама сделала, а это старик снял картину и воспользовался ею, как оружием, но откуда это знать читателю? Тем более, что полуобъяснение происходит через целых четыре предложения: «Он ударил наотмашь; рама стукнула в висок» — опять же, нигде не прописано, что он держал картину в руках – это приходится додумывать. К чему такие ребусы на ровном месте – непонятно.

В целом рассказ очень атмосферный, затягивающий и живой. Автору бы сделать концовку менее «внезапной», и было бы совсем хорошо.

ХрипШепотВозгласВскрикВопль (голосовало: 1, среднее: 5,00 из 5)
Loading ... Loading ...

Добавить комментарий

  

  

+ 65 = 73