ДРУЗЬЯ КЛУБА

 

ЕЩЕ КЛУБ-КРИК

Facebook LiveJournal Twitter ВКонтакте
 

Новинки DVD

 
 
 
 
Возрастные ограничения на фильмы указаны на сайте kinopoisk.ru, ссылка на который ведет со страниц фильмов.

Мнение авторов отзывов на сайте может не совпадать с мнением администрации сайта.
 

Реклама на сайте

По вопросам размещения рекламы на сайте свяжитесь с администрацией.
 
 
 
 

«Небо и Земля немилосердны, люди для них – лишь соломенные псы» — отзыв на фильм «Соломенные псы» (Straw Dogs, 1971 г.)

 

Лишь соломенные… Это как? Ненужные? Лишние? Временные? Игрушечные, как чучелки из соломы? Ненастоящие? Непрочные?..
Хотя стоит ли ломать голову над этим афоризмом Лао Цзы? Не думаю, что Пекинпа хотел до тонкости разобраться с восточной философией. Но что он точно пытался сделать, так это проверить человека на прочность. А ее – прочность эту – в нас, как известно, выявляют (или нет) неимоверные обстоятельства и ситуации. Непосильные, страшные, абсурдные, чрезвычайные, такие, когда кажется, что возможности отстоять свою жизнь исчерпаны до конца.
Изюм в том, что таким неимоверным обстоятельством в фильме становится не война, не болезнь, не катаклизм природный, не тирания, не эпидемия, не экономический кризис, не апокалипсис, не происки инопланетян… Человек! Просто человек. Люди. Из маленького городка, который если и есть на карте, то пятном что незаметнее следочка мухи.
В нем – заштатном английском городишке – есть забегаловка, клуб, пиво, проповедник, неадекватный спившийся старик, разбитная девчонка и парубки с плохо маскируемыми животными позывами. Скучающие, неотесанные, злые, без единой капли цивилизации в крови.

Фильм для меня – учебник по экзистенциализму. Иллюстрация к главным идеям его главных умов (философов, литераторов, психологов, социологов). Не поп-экзистенциализм для масс (как всем любезный мультоФримен), а настоящий – горький и на запах, и на цвет, и на вкус, и на истины. Так что… начну с Сартра.

«Ад – это другие», – этими словами заканчивается его пьеса «За запертыми дверями». Страшная, жуткая, раздавливающая, свирепая фраза, да… Но после этого кино у многих она не вызовет ни протеста, ни недоумения. Сартр признался, что вкладывал в данную максиму момент навязывания нам бытия кем-то другим, тем, кто, как ему кажется, больше, лучше нас знает, не сомневается – как и что, тем, у кого есть сила диктовать нам. «Ад – это другие». Вполне себе лозунг для эпохи постгуманизма, которая заканчиваться еще не собирается, напротив – набирает обороты, одаривая то тут, то там (особенно в кино) образцами пост- (недо-, полу-) человека.

Когда порядочный, благовоспитанный интеллектуал американец Дэвид приезжает в городишко N, он думает, что приехал в тихое, спокойное местечко. И его никто не предупреждает: «Жестокие нравы, сударь, в нашем городе, жестокие», даже жена Эми, когда-то вырвавшаяся отсюда в иную жизнь – благообразную и пристойную. Правда находит его сама – быстро и самоочевидно. Точнее – две правды. И неизвестно, какая из них для Дэвида мрачнее: 1. другие – ад, 2. жена – ад (т.к. незнакомка) да и он сам (т.к. трус). Странно, но эта нехитрая арифметика сложнее так любимых им формул и даже внутренней структуры звездных тел, о которой он пишет книгу с уклоном в астроматематику. В границах такой арифметики невозможно разобраться ни с причинами, ни со следствиями: мир набросился на героя, потому что зол или же потому что герой – не герой вовсе и заслужил хорошенькую выволочку экзистенциальной ситуацией (= хаосом, = немотивированной агрессией), потому что как личность прокис, угас, сдулся под уютным одеяльцем отработанной до автоматизма культурности, которая сужает свободу его бытия до абсурдных размеров комфортного футляра. Футляр этот – статика устоявшейся жизни, ладно скроенной и крепко сбитой законами, этикетом, институтом семьи и авторитетом науки (герой-математик, математика – некий непогрешимый, априори верный взгляд на жизнь, рассчитано-безгрешный способ быть в ней).

Экзистенциалисты же утверждают, что сущность людей состоит в нестатике, т.е. способности постоянно «переформатировать» себя. Пекинпа буквально кричит нам (кино это и впрямь КРИК!): нет ничего неизменного в нас (стабильного, устойчивого, навеки данного), все можно расшатать, изменить, переиначить. Что нас прежде всего меняет (или переопределяет, как говорили экзистенциалисты)? ВЫБОР, который мы делаем!

Герою Хоффмана выпадает три испытания: кот-висельник в шкафу, изнасилование жены (гениальная сцена), нападение отморозков на его дом с целью выкрасть убогого, которого он у себя прятал. В первом случае Дэвид поджав хвост молчит, нервно улыбаясь маской вежливой слабости. Во втором – бездействует на охоте (ах, какая насмешка – охотник-жертва!). Тут мы видим отказ от ответственности, тщетные попытки избежать выбора (хотя кто-то скажет, что попытки эти – уже выбор) и, конечно же, отчуждение (от жены, от самого себя, замечу также, что он ЧУЖАК в городе, т.е. для всех). И только в последнем, третьем случае (нападение на дом) Дэвид познает ВЫБОР во всей его страшной красе:
«-Я здесь живу. И я такой. Я не допущу насилия в моем доме». Результат этого озарения мужеством – пять трупов и один спасенный идиот.
Его выбор – сопротивление, борьба, смерть, кровь, ПОСТУПОК и, наконец, ответственность. Хотя бы за все, что творится под собственной крышей. За свое «я», которое в уют и комфорт дома уже никогда не вернется, потому что нельзя погубить и остаться прежним, как нельзя спасти и не перемениться.
Ключевой диалог (пусть фильм и не пестрит глубокими и полновесными диалогами) – финальный. Убогий (тоже, кстати, убийца, только невольный) говорит: «Я не знаю дороги домой». На что Дэвид, улыбаясь улыбкой счастливого психопата, отвечает: «Это ничего. Я тоже».

Тоже! Потому что дом кончился. Начался путь. Поиск себя, далекий от автоматизма упорядоченного существования с его понятностью, прочностью, объяснимостью, вменяемостью. Непосредственное переживание жизни собой, а не посредством готовых моделей поведения, формул нравственности, законов, правил, чужих ожиданий…
Наступает ПОДЛИННОЕ!
Давать ему оценки негоже, наверное. Страшное, убивающее оно (падение, ад, смерть) или кислородное, окрыляющее, оживляющее (истовая, предельная жизнь, дыхание истины)? В зависимости от настроения, с которым смотрела кино это, отвечала то так, то эдак. Но при первом просмотре, точно помню, Дэвид меня испугал в разы больше пьяных рыл, затеявших поход на его мужественность!

Хочется излить респект режиссеру за то, что четкие оценки финала его фильма вообще неуместны. Никто (даже изнасилованная супруга героя) не загнан Пекинпа в однозначные рамки. И вывод из явно доминирующего в фильме конфликта (пусть он лишь верхушечный) «я – мир (социум)» – вовсе не «я хорош, здоров, нравствен – мир плох, болен, враждебен». Скорее обратный: болен Я (летаргией безмятежности, инфантильностью, отчуждением, вялостью, слабостью) и Я же свой собственный врач (не анестезиолог – хирург!!). Выбор мне в помощь… Выбор, дарующий Я подлинное.

Знаете, когда очнулся от своего необременительного, но мертвящего отчуждения-сна Дэвид? Когда увидел в другом (самом забитом, затюканном, бессмысленном и безобразном герое фильма) живого, а не вещь или досадное недоразумение. Увидел и подарил ему пусть не любовь, но защиту, милость, спасение; ощутил общность и понял: «Я ТОЖЕ».

Страница фильма «Соломенные псы» в КЛУБ — КРИКе

ХрипШепотВозгласВскрикВопль (голосовало: 3, среднее: 5,00 из 5)
Loading ... Loading ...

3 комментария «Небо и Земля немилосердны, люди для них – лишь соломенные псы» — отзыв на фильм «Соломенные псы» (Straw Dogs, 1971 г.)

  • А Татьяна не может зарегаться в КК? Никогда не понимал, зачем морочиться =) Регистрация чуть ли не автоматическая. Синхронизировал аккаунт с иными сервисами известными — и сиди, пиши!

    • Да не в этом дело. Я уже объясняла в другом отзыве. Она просто не хочет регистрироваться, потому что на сайте надо жить: общаться, писать, читать отзывы, комментировать. У неё катастрофически нет времени. Эти отзывы были написаны раньше. Она просто разрешила их выложить тут.

  • наталья

    Ну и ради чего все эти жертвы,ради придурка- дебила,к тому же,ещё и убийцу?!!!

Добавить комментарий

  

  

4 + 2 =